Можно ли «научить» теории разума при аутизме?
Дайджест исследований NeuroDifferent
В двух словах
Некоторые программы действительно помогают аутичным детям и взрослым лучше справляться с отдельными заданиями на распознавание эмоций или понимание намерений других людей. Но обзор Cochrane показывает: пока мало убедительных доказательств, что такие навыки надолго сохраняются и заметно улучшают обычное повседневное общение.
Что вообще называют «теорией разума»
В психологии «теорией разума» называют способность предполагать, что другой человек может думать, чувствовать, хотеть или знать что-то отличное от нас.
Например, понимать, что собеседник расстроен, хотя прямо этого не сказал. Или замечать, что человек пошутил, а не говорил буквально.
Многие исследователи связывали трудности в этой области с аутизмом. Поэтому появились специальные программы, которые пытаются тренировать:
- распознавание эмоций;
- понимание взглядов и намерений;
- совместное внимание;
- подражание;
- социальные сценарии и «чтение» ситуаций.
Иногда это отдельные занятия, иногда — компьютерные программы, карточки, игры или работа с терапевтом.
Что сделали исследователи
Авторы обзора Cochrane собрали рандомизированные исследования до августа 2013 года, где проверяли такие вмешательства у людей с подтверждённым диагнозом аутизма.
Всего нашли 22 исследования с 695 участниками.
Но была проблема: программы сильно отличались друг от друга.
В одних работах детей учили узнавать эмоции по фотографиям. В других — тренировали совместное внимание или имитацию. Где-то занятия длились несколько недель, где-то — месяцы. Возраст участников тоже сильно различался.
Из-за этого объединить результаты в один большой и надёжный вывод получилось только частично.
Что обнаружили
Главный вывод обзора — результаты оказались очень неоднородными.
Некоторые программы действительно улучшали выполнение конкретных заданий, особенно когда ребёнка прямо учили распознавать эмоции на лицах или понимать социальные подсказки.
То есть после тренировок участники иногда лучше справлялись именно с тем тестом, который был похож на упражнения во время занятий.
Но когда исследователи пытались понять, переносится ли это в реальную жизнь, картина становилась гораздо менее ясной.
Например, ребёнок мог начать лучше определять эмоции на карточках, но это не обязательно означало, что ему стало легче общаться в школе, поддерживать разговор или заводить друзей.
Похожие сложности были и с совместным вниманием. В некоторых исследованиях дети чаще смотрели на объект вместе с терапевтом во время занятий, но по более широким шкалам социального взаимодействия заметных изменений не находили.
Авторы обзора отдельно подчёркивали: данных о долгосрочном эффекте очень мало.
Также в исследованиях почти не сообщали о вреде или негативных последствиях.
Что это значит для семей
Многие родители сталкиваются с курсами, которые обещают научить ребёнка «понимать людей», «читать эмоции» или «развить эмпатию».
Этот обзор предлагает смотреть на такие обещания осторожно.
Тренировки могут помочь освоить отдельные социальные навыки — особенно в структурированной и понятной форме. Но пока нет хороших доказательств, что они радикально меняют повседневную жизнь или автоматически делают общение лёгким и естественным.
Для части детей полезнее оказываются не абстрактные уроки про эмоции, а практика в реальных ситуациях: игры, совместные интересы, поддерживающая школьная среда и предсказуемое общение со знакомыми людьми.
Что важно специалистам
Обзор также напоминает, что социальное взаимодействие — это не только набор «правильных» реакций.
Если ребёнок научился угадывать эмоцию на фотографии, это ещё не значит, что он чувствует себя спокойнее среди сверстников.
Поэтому современные подходы всё чаще делают акцент не только на тренировке отдельных навыков, но и на качестве жизни, снижении тревоги, поддержке коммуникации и адаптации среды.
Ограничения и что пока неизвестно
Многие исследования были небольшими и использовали разные методы оценки, поэтому сравнивать их трудно.
Большая часть данных относится к началу 2010-х годов. С тех пор появились новые цифровые программы, школьные форматы и нейроразнообразный подход к коммуникации, которые обзор почти не затрагивает.
Также до сих пор неясно:
- какие именно элементы таких программ работают лучше всего;
- кому они помогают сильнее;
- сохраняются ли эффекты через годы;
- как сочетать такие тренировки с другой поддержкой.
Авторы обзора призвали к более качественным и долгосрочным исследованиям.
Итог
Программы на основе «теории разума» могут помогать с отдельными социальными навыками, особенно в коротких и хорошо структурированных задачах.
Но на сегодняшний день мало доказательств, что обучение «чтению эмоций» автоматически переносится в живое, сложное и непредсказуемое человеческое общение.
Для многих аутичных людей важнее может быть не идеальное угадывание чужих мыслей, а безопасная среда, понятные отношения и возможность общаться своим способом.
Это популярный пересказ научной статьи: Interventions based on the Theory of Mind cognitive model for autism spectrum disorder (ASD), Fletcher-Watson S, McConnell F, Manola E, et al., Cochrane Database of Systematic Reviews (2014). Лицензия источника: CC-BY-NC-4.0.
Это не медицинская рекомендация. Перед изменением терапии обсудите всё со специалистом.